Музей
Выставки
Коллекции
События
Научная работа
Музей-детям
Информация
Санкт-Петербург, Университетская наб., 17
Тел.:  (812)323-3578, (812) 323-6496 
 
 
Скоро
Текущие
Постоянные
Архив выставок
Фотогалерея









Группа ВКонтакте

Группа FaceBook

Youtube

Instagram

Twitter



Подписка на рассылку:


ДНК ЛАНТЕРИ. МЕЖДУ ПРОШЛЫМ И БУДУЩИМ. 1992-2012


Всем нам известно, насколько враждебно «официальное» искусство относилось к творческим методам Новеченто, в особенности к традиционалистскому направлению, считая его методом выражения, привязанным к прошлому, и, вне всякого сомнения, устаревшим для современной эпохи. Эта оценка была полностью опровергнута со временем, в особенности потому, что именно в визуальном искусстве эстетические идеалы находят наиболее символичное воплощение. Найти обоснования для того, чтобы произвольно вычеркнуть традиционные изобразительные направления из истории искусства второй половины двадцатого века может лишь критик, абсолютно свободно выражающий свое мнение, но не историк, если только нет намерения умышленно рассматривать исключительно «официальную» Историю искусства так, как она представляется в узком кругу определенных критиков и их любимых художников. Я убежден в том, что ни одно историческое явление не преследовалось в той же мере, что изобразительное направление «новых реалистов» (не неореалистов), особенно ярко проявившееся во Флоренции, сразу после Второй мировой войны.
В то время молодые художники, такие как Аннигони, Шилтян, братья Буэно, Гуарьенти объединились вокруг примера Де Кирико и образовали собственную группу, с гордостью заявляя о своем праве на традиционный метод изображения, тот, которому учат преимущественно в академии, тот, который, по их мнению, являлся исконно «итальянским», но которому в то же время есть, что сказать современному человеку. Вскоре группа распалась отчасти в связи с ростом популярности Аннигони, отчасти в результате влияния экспрессионистской тенденции на некоторых ее представителей (например, братьев Буэно), однако в период своего существования ей удалось добиться того же, завоевав исключительное признание в артистическом кругу и у широкой публики. Даже если бы мы хотели выразить мнение о «новом современном Возрождении», по определению Аннигони, как о реакционном методе в сравнении с параллельными достижениями художественных исканий, данный факт должен быть признан историками. «Новый реализм» следует рассматривать как тенденцию «retour a l'ordre» (возврат к порядку), возникшую в мировом искусстве после Первой мировой войны, и вернувшую в общее поле зрения многих авангардных художников, которые остановились в своих поисках на интеллектуальном движении. В отличие от своего более «законного» исторического предшественника, «новый реализм» был заклеймен критиками нечто раздражающее и неловкое, нечто, противоречащее «величественному уделу и прогрессивности» Авангарда, нечто, полагающее искусство как факт, не столько зависящий от сознания нескольких избранных представителей, сколько от обычных людей.
После таких водных заявлений кажется неизбежным, что тот, кто имеет смелость называть себя учеником Пьетро Аннигони, являющегося наиболее показательный и известной фигурой «нового реализма», станет жертвой того же «проклятья» критики, что и его Учитель. Альберто Ремо Карло Лантери, прямой наследник «новых реалистов», кажется, не слишком озабочен подобными проблемами – он полностью погружен в собственное творчество, которое вступает в противоречие с наследием Ренессанса и достигает визуальной виртуозности, поистине необыкновенной в контексте современной итальянской живописи. Часть души Лантери, кажется, удовлетворена этим отчуждением от наиболее типичного художественного выражения современности. Человек, Лантери, идентифицирующий себя как человека из прошлого, случайно оказавшийся в нашем времени, порой способен и на провокационные экстравагантные поступки (например, как в случае с автопортретом в образе Джоконды), подражая аналогичным перформансам Джорджо де Кирико, «pictor opyimus par excellence» (прим. пер. «непревзойденный художник» - так де Кирико подписывал свои работы в определенный период), заявляющего об упоении собственным талантом при помощи так называемого «старого доброго ремесла». Несомненно, с этой точки зрения стиль Лантери очевидным образом соотносится с периодом Возрождения, который мы можем определить как «пре-беллиниевский», близкий к Поллайоло и одновременно к Боттичелли или Чима да Конельяно, в котором творческий замысел приобретает значение, неизбежное в пластическом и концептуальном определении формы. Образ мышления Лантери («Искусство – это долгий путь, посредством которого я путаюсь проникнуть в бесконечную тайну Вселенной, чтобы дотянуться до чистейшего света: Бога», заявляет художник) представляется не слишком отличным от позиции Беато Анджелико, который наиболее удален от современной эпохи, хотя частое обращение к светским объектам (обнаженная натура, в первую очередь) исключает тесную связь с мистицизмом художника-монаха. В то же время Лантери не фанатичный приверженец прошлого, невероятный прерафаэлит, верящий в реинкарнацию художника, жившего четыреста лет назад, и в качестве такового творящий в наше время. Чтобы компенсировать свою «древнюю душу», в своей манере письма «ancien regime» (букв. «старый режим», «отживший порядок») он демонстрирует формальную и духовную чувствительность, которая может быть определена не иначе, как современная, а если точнее, присущая двадцатому веку. Я задумываюсь, например, о чистоте и глубине его картин, которые тесно связаны с такими течениями итальянской изобразительной школы, как группа «Пластические ценности» (Брольо и Оппо), Новеченто (Фуни, Маруссинг, Дудревилль), «Итальянский стиль» из Триеста (Сбиса), так называемый «магический реализм», затрагивая также мировые направления (вплоть до Новой вещности (Neue Sachklicheit), в т.ч. Шада). Я задумываюсь об определенной склонности Лантери к символизму, далекой от прозрачной аллегоричности Ренессанса, но вместе с тем глубоко коренящейся в поздне-романтической ментальности, провидческой и неустойчивой, обращающейся не к достоверным методам, но к стремлению к истине в неожиданных проявлениях Мироздания. Не говоря уже о характерном оформлении полотен, в том, что касается «отделки» или декораций, созданных Лантери с едва уловимым футуристическим господством в духе Тайата, если рассматривать внешние аспекты. Итак, существует достаточно оснований для того, чтобы считать Лантери современным художником, вопреки каким-либо проявлениям снисходительной критической поверхностности. И это факт. 

Автор статьи Витторио Згарри



Джильберто Грилли "Художник игрушек".
 
Двадцать дней назад мой друг Альберто Лантери позвонил мне по телефону и сказал, что он приобрел у старьевщика деревянного буратино, у которого  все суставы подвижны. Он был счастлив, как ребенок, которому вдруг подарили красивую игрушку. Два дня спустя он прислал мне удивительный рисунок, изображающий прекрасного буратино, сидящего на земном шаре в тонкой джутовой одежде. Вокруг буратино мириады цветовых знаков, музыкальные ноты, универсальные идеограммы, которые уже три года отличают живопись Альберто. Было так правдоподобно, так раскрашено и трактовано пространство вокруг буратино, что в первый момент я испытывал то же чувство, которое испытывал «ребенок» Альберто, когда купил буратино. Волшебство художника повторилось еще раз: он вдохнул новую жизнь в предмет, который оставался сорок-пятьдесят лет в неизвестном доме в неизвестном городе. Вот и произошло чудо искусства и художника: сублимировать и вдохнуть жизнь в предмет, чтобы сделать его живым и значимым, интерактивным с тем, кто его наблюдает. Так рождаются дети Лантери — так он определяет свои работы: воинство детей, порожденных его исключительными отношениями с богиней всех искусств, «живописью». За один месяц стало уже три картины с буратино, и я не думаю, что художник на этом остановится, по крайней мере, до тех пор, пока не обнаружит другой предмет, новую игрушку, которую надо оживить. И она сможет заставить его испытать опьянение отцовства от новой работы, от нового сына, который расширит его личный музей, и будет расширять его до тех пор, пока Альберто Лантери хватит сил держать в руке кисть или карандаш.
 
Открытие выставки состоится 16 марта в 15:00.
























 

вернуться назад вернуться назад
Оценка качества работы музея на сайте Министерства культуры РФ
Уважаемые посетители! Просим вас принять участи...
25 мая Музей Академии художеств закрыт
 25 мая Музей Академии художеств закрыт по те...
Адреса
и карты проездов
филиалов




© 2008-2017 НИМРАХ. Дизайн - Петрова Е. Программирование - Станислав Якуббо - создание сайтов.

Цитирование и перепечатка материалов сайта возможно только с письменного разрешения правообладателя.